По поводу одной неврученной премии

(В защиту Сергея Жадана).

Лимонов, харьковский поэт и прозаик, одно из своих стихотворений начал так:

С лицом огромным лося
он ходит да и просит…

Про харьковского поэта Жадана можно так сказать?! Уж точно – нет. Кто знает его книжки или наблюдает со стороны, или знает лично, сразу скажет – Жадан ничего не просит ни у кого, и не млеет в ожидании быть обласканным властью… А тут премию мэр Добкин не дал!? Да по барабану! Тогда зачем защищать Жадана? И при чем тут злосчастная неврученная премия? Тем более, зачем защищать мне, губернатору, рискуя ( увы и ах!) – дискредитировать чиновничьим заступничеством свободного писателя!:)

Да просто слишком много несправедливости и лжи во всей этой истории… И мне от этого горько!

Хотел промолчать, хотел, но слишком уж много проявилось спустя пять лет врунов и врунишек, псевдоисториков и псевдохроникеров, кеворкянов и вершителей литературных премий, извращающих события тех дней в ноябре 2004 года…

Лгут – в надежде. В надежде на то, что на фоне тотального разочарования процессами после Майдана – можно соврать и о самих тех днях, днях свободного духа, днях борьбы за свободу. Вот и о Жадане солгали. И потому надо таки сказать правду – защитить правду, защитить Жадана.

Другой вопрос нуждается ли Жадан в защите? Может он, как человек свободный, наплюет на всю эту катавасию с неврученной премией? Вот написал открытое письмо, полное сарказма и острого слога, мэру, ухмыльнулся – чтоб мы (симпатики) подумали: вот и славно – постебался парень, ему все пофиг. Ничего, мол, страшного – забудем – проехали..

Но все же, знаю точно, в душе ему горько и обидно за этот публичный балаган, устроенный в родном и человечном Харькове вокруг свободного человека Сергея Жадана. Почему знаю точно? Да потому, что за те ноябрьские дни 2004-го – Жадан не заслужил несправедливости и лжи. Горько и мне, горько от неправды, которую с такой бравадой и пафосом провозгласил мэр – на весь город, на всю страну.

В ноябре-декабре 2004-го небольшой палаточный городок в центре Харькова на площади Свободы был не стебом, не попыткой самовыразиться. Молодые люди зимой на морозе и слякоти, под снегом и ветром жались друг к другу – душа к душе – в желании доказать себе и всем: в родном городе, как и во всей стране свобода и право человека быть свободным – ключевая ценность!

Сутки напролет, без водки и мерзости, на холоде, усталые, но решительные – с ясными гордыми глазами – и потому – КРАСИВЫЕ!

Пели песни – слушали песни – читали стихи – грелись возле керосинок. Кто-то притащил газовые обогревательные грибочки, что ставят ранней осенью на открытых площадках кафе – толку на морозе было мало, но все ребята радовались! Радовались каждой частичке душевной теплоты, поддерживали друг друга – ради большой цели. Митинговали – говорили с подходящими людьми – объясняли – разговаривали – с харьковчанами, добрыми и такими непонятливыми: «ребята, вы чего здесь?»…

И вот как-то с утреца, по морозцу из здания Обладминистрации, прямехонько из кабинета, в котором я сейчас и работаю, мой предшественник Евгений Петрович, «вдруг» на энные сутки, заметив на площади возмущающихся в палатках, со всеми помощниками и советчиками (ох и у меня их много:-)) – пешим ходом неожиданно прибыл в наш палаточный городок. Ребята гостей не ждали. Впрочем, приняли Кушнарева достаточно доброжелательно и спокойно. Потом говорили мне – человек, думали поговорить пришел.. Но разговора не получилось – менторская нотация под объективы телекамер и снисходительная брезгливость: «Чем это вы тут греетесь? Антисанитария! Валенки какие-то».

Конфеты, книжку и приемник подарил ребятам тогдашний губернатор.

Потом пошел в «зеленый» лагерь, «голубой» городок – акция такая у Кушнарева была. Придумка следующая – поставили пару палаток под разными флажками – и все проблема решена: «много вас тут в палатках – все хотят разного» – на всех не угодишь… Вот и провели мероприятие: а ля барин вас рассудит, неразумные вы наши…

Я в тот день подошел в наш городок позже, с теплого офиса на Марьяненко – принесли с другом вновь приготовленные информационные листовки. А Юра Потыкун мне говорит:
– Был Кушнарев с компанией – конфеты принесли и книжку…
– И что?
– И ничего – ушли…
– А что вы ему сказали?
– Да ничего, особо ж никто не слушал – походили – конфеты Сергею передали и книжку Кушнарева и пошли…
– И вы у них взяли!? – возмутились мы.
– Да, ладно, чего кричать – конфеты сразу сьели и ничего в этом такого – вкусные – и книжка пригодилась – пока тут ходили ходоки – буржуйка погасла – холодно было – вот и пригодилась… Вы щиты пенопластовые привезли под палатки?..

И весь (примерно) разговор… и все событие.. И никаких костров ритуальных, а-ля доктор Геббельс и никакого торжественного аутодафе…

* * *
Иногда стоит выключить телевизор – открыть книгу и прочесть несколько строк для себя, для своей души – для поиска того великолепного, неописуемого ощущения пиршества свободного разума, которое дарит только настоящая литература.

Сегодня я для себя отметил эти строки:

«Страна быстро теряет свое лицо,
скажи это сегодня, иначе завтра придется кричать.
Они думают, что наш апокалипсис заставит сердца
искать другое место для нереста…»

Эти несколько строк поэта Жадана мне важны! А треп чиновника и его премия – нет!

Свобода, царившая над небольшим палаточным городком Жадана тогда, – мне очень важна! А лгуны вокруг нет!

И потому – удачи Сергею и счастья – здоровья и свободы!

А премии обязательно будут! Ого-го еще какие!

Автор: Арсен Аваков
Джерело: http://bookvoid.com.ua/digest/2010/01/13/085821.html

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *