6.05.2008 Сергей Жадан в «Своём кругу»

Anarchy in the Ukr. Из кого же вырастают серийные убийцы и публичные политики?

Никогда нельзя предвидеть, кто окажется рядом с тобой в ответственный момент, какая публика отреагирует на твои рифмованные призывы к свержению режима.

Как вы представляете себе идеальную анархическую вечеринку? Дом с выбитыми стеклами, в комнатах которого свищет ветер и беснуются пьяные солдаты и матросы — под стрекотание заречных пулемётов… Грязный подвал с пьяными панками, у которых из карманов торчат использованные презервативы, минус-этаж с танцующими и целующимися уродливыми парами, между которыми всё время падают на пол упившиеся в хлам дегенераты, подтверждая шутку, что не только на детях гениев природа отдыхает, но просто на всех детях, ибо все в Кали-югу не рождается просветлённых. И вот очередной упавший дегенерат находит свои очки, потерянные на полу подвала и ползёт блевать на улицу. Или вот третий вариант. Горстка голых эстетов, непременно голых, беседует в подземелье с воскрешенным именем ситуационистского интернационала Махно… Безумные уроды рубятся под хардкор, а в это время в зале два поэта, по виду чем-то похожие на Есенина с Маяковским, отчаянно перебивая друг друга, читают матерные стихи, естественным образом перетекающие в удары по морде. Кулаки ударяют то по одной скуле, то по другой, прямо над двумя сцепившимися телами двух целующихся женщин – по всему видно, что это Айседора Дункан и Лиля Брик… Побеждает, конечно, Есенин — потому что красивый… В общем, так оно бывало. Или же стереотипное представление о анарховечеринках устарело.

…живя в таком небольшом городке, скажем, три дня, на третий день уже начинаешь узнавать местных жителей, и что хуже всего – они тебя тоже начинают узнавать, от этого становится довольно неудобно – потому что ты в их глазах чужак, чтобы не сказать хуже, турист с кодаком, который смотрит на них, как на туземцев, пытаясь найти в чертах их лиц отпечаток анархосиндикализма, при этом ничего кроме алкоголизма не находя…

«Свой круг» – маленькое кафе на Павелецкой, собравшее любителей украинской литературы и просто всего украинского 6 мая 2008 года — напоминало анарховечеринку парочкой непременных атрибутов — затянутой в черное стеной, брендовой красной звёздой на майке поэта. Не обошлось и без духа гражданской войны.

Дух постучался воспоминанием о разгромленной имперцами московской библиотеке украинской литературы, спиленным теми же придурками трезубцем на горе Говерле и подожженным украинскими «братчиками» за это в отместку штабом евразийцев. Российские власти иногда даже сами поражаются, до чего доходят оплачиваемые ими правые. Оно и понятно. Если заплатить фсбшнику – он пойдет и тихо кого-то убьёт. Когда кто-то платит группе молодых отморозков, действия их непредсказуемы в принципе. Можно ожидать от них безумия, но не управлять этим безумием.

Почему вообще размышления о вечерах национальной литературы в последние годы всегда навевают мысли о братоубийстве? Почему невозможно воспринимать литератора вне гражданского контекста? Можно попробовать, конечно.

Сергей Жадан удивительно артистичен. Он даже больше актёр, чем поэт, несмотря на то, что и поэт он превосходный. Новая книжка вообще больше напоминает поэму, чем повесть. И структурой текста, и отточенными яркими метафорами и особой краткостью форм, типичной для поэзии.

Афиша вечера презентовала новорожденную книгу Anarchy in the Ukr (Спб., Изд. Амфора, 272 стр. Перевод: Завен Баблоян) однако кроме отрывков из «Анархии» читалось очень много стихов, с переводом и без перевода. Книгу мне подарил уже после окончания поэтического вечера переводчик, Завен — человек редкой красоты — и я прочла «Анархию в Украине» за несколько часов — оторваться от текста было просто невозможно.

Книга смотрится очень контрастно в сравнении с литературным околоанархическим сеном, которое приходится читать на безрыбье. Герой книги — рефлексирующий субьект, тоскливый наркоман, вечносонный юноша, не вылезающий из депрессии, футболист-любитель, бегущий с мячом, наполненным воспоминаниями, по вселенной, состоящей из политики, скомканной любви, стертых лиц, оборванных мелодий древних песен, бегущий по вселенной, размахивающий флагом — то оранжевым, то чёрным — мироощущение поколения тридцателетних — людей еще без прошлого, но уже без будущего (Да, доставайте ваши бумажные пакеты — те, кто не любит пафос).

Если уже назвался революционером, ну так давай – выкатывай свою пушку и пуляй, даже если особенно не по кому, всё равно – главное, что ты перестаёшь играться и начинаешь делать вещи, за которые потом придётся отвечать.

В каком-то псевдонаучном исследовании говорилось, что активисты — это люди с пониженным уровнем серотонина. Что «бред реформ» – это ни что иное как результат нейрохимической аномалии. Очень похоже на правду. Следовательно, общество обязано и плюсовыми, и минусовыми преобразованиями аутоагрессивным психопатам, которым не страшно умирать от того, что скучно жить и нечего терять, потому что ни от чего не прёт. Хотя, конечно, бывают разные мнения. Мнения на счет того, почему поэты становятся революционерами.

…Когда ты в семнадцать лет встречаешься с апостолами и таскаешься с ними с одной вечери на другую, из одного гастронома в другой, ты уже не простишь им ни их старения, ни их – совершенно естественной – усталости, ты будешь требовать от них, чтобы они до конца оставались с тобой и стояли на тех самых раскалённых углях, на которых стоишь ты сам, ты будешь считать необходимым каждый раз напоминать им – я пошел за вами, помните, тогда, вы стояли и пили своё вино, с утра, пятнадцать лет назад…я поверил вам, когда вы сказали, что существует сквозняк, который можно ощутить, если встать в нужном месте, если держаться своего рок-н-ролла, я не мог не поверить вам, когда вы рассказывали об обратной стороне жизни, о чёрном густом воздухе, наполненном тополиным пухом и шумом рваных динамиков, я хотел вам верить и я вам верил, и потому не смейте теперь отказываться от всего сказанного, не смейте падать на серый тротуар, я просто не позволю вам отойти в сторону и оставить меня одного, на этих раскалённых углях, на которые вы завели меня своими ебаными апостольскими посланиями….даже не думайте избежать этого огня, даже не мечтайте, суки, что я оставлю вас в покое, до конца своей, блядь, жизни, до того времени, когда огонь полностью сожрёт моё сердце и мои лёгкие, я буду разбивать ваши почки своими старыми кедами, я вас достану в ваших могилах, в которые вы так быстро и так легко спрятались… потому что у меня не осталось в этой жизни ничего, кроме ваших мёртвых туш, кроме вашего апостольского гноя на моих пальцах, кроме этих раскалённых углей под ногами, о которых вы, блядь, ничего не говорили, о существовании которых вы забыли меня предупредить, ни словом о которых не обмолвились, ни одним словом, ни одним, блядь, намёком!

Всё, что в тесте отмечено италиком – из книги “Анархия в Украине”.

Джерело: http://www.hippy.ru/fokv/zhadan/

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *